ЖЖ Виталия Насенника - Терророведение

     Например, героические партизаны во время Великой Отечественной войны 1941-45 гг. взрывали мосты и железные дороги, сжигали здания, уничтожали технику немецких захватчиков, похищали и казнили без суда и следствия лиц, сотрудничавших с немцами. Терроризм? Формально – да, но если выступать с безусловным осуждением террористических действий, придётся признать советских партизан террористами, лишить их государственных наград, изменить названия улиц и учреждений, носящих их славные имена. Впрочем, партизаны бывают разные – бывают партизаны, которые воюют против иноземных захватчиков, а бывают повстанцы, воюющие против официальной власти. О них я скажу чуть ниже.

     Ещё одна непонятность связана с безграмотностью политиков (или их сознательным враньём) – пресловутая «борьба с терроризмом». Терроризм – один из методов ведения борьбы. Борьба с борьбой? Нонсенс! Бороться можно с террористами, только нужно не забывать сказку Е.Шварца «Дракон».

     Третья непонятность связана с расширенным толкованием определения «террорист». К террористам причисляют и телефонных хулиганов, и шантажистов, и вообще всех неугодных "экстремистов". Это совершенно разные категории и валить их в одну кучу можно только в политических целях, что нисколько не помогает борьбе с террористами, но зато помогает в борьбе с политическими конкурентами. Эдак, скоро призыв к отставке какого-либо зарвавшегося чиновника будет приравнен к терроризму. Самый смешной ляпсус такого рода родился на Западе после того, как Россия подняла вопрос о цене на газ – «экономический терроризм». Как говорится, «ржал всем офисом».

     Есть ещё вот какой момент. Например, СМИ США сообщают о том, что иракские террористы взорвали фугас на пути следования американского патруля, пострадали военнослужащие США. Тут явное передёргивание – вооруженная борьба против комбатантов (вооружённых солдат) не может считаться терроризмом. Они сами имеют оружие и средства защиты, сами готовы его применить, так что убийство солдат на войне ни в коем случае не может быть причислено к терроризму, это может делаться только в политических или юридических целях, например, чтобы не выплачивать страховку семье солдата.

     Так что же такое «терроризм»? Терроризм многогранен. Причины, толкающие людей на крайние меры, многочисленны, так что стричь всех под одну гребёнку ни в коем случае нельзя. Попробую дать свою классификацию террористов. Поскольку цели террористов являются политическими, а политика – другая сторона экономики, следует не забывать про экономический аспект терроризма.

     Профессиональные террористы. Это серьёзные ребята. Они умны, отчётливо представляют себе, что они делают и зачем. Идеологическая подоплёка их действий несущественна. Их цель – дестабилизация обстановки. Методы – взрывы в людных местах, уничтожение объектов инфраструктуры и т.д. Как правило, они работают по заказу спонсоров, которые наживаются, например, на биржевых спекуляциях, используя колебания цен, вызываемых терактами (т.н. «торговля на новостях»). Спонсоры – внешне респектабельные люди, своей жизнью предпочитают не рисковать. У профессиональных террористов есть глубоко законспирированные организации, с жесткой дисциплиной. Бороться с ними можно, но только используя спецслужбы, а не армию. Армия с этой задачей не справится, её можно только на подхвате задействовать, скажем, окружить лагерь подготовки боевиков, прочесать местность в поисках тайника, уничтожить обнаруженный склад оружия и т.д. Главное – заказчики, а с ними армия вообще не умеет бороться, скорее, заказчики её на корню скупят – в этом они профессионалы. Самое уязвимое место у профессиональных террористов – «кошельки», выявление и пересечение каналов финансирования – наиболее действенный метод борьбы с такими террористами.

     Смертники-шахиды. Этот феномен основан на полном пренебрежении собственной жизнью, обусловленный религиозным оболваниванием и бедственным социальным положением. Сам смертник, понятное дело, денег не получит, но их получит его семья, а кроме того, деньги нужны на рекламу шахида, его портреты, собственно взрывчатку, кураторов, которые сами не взрываются, но занимаются идеологической обработкой и вербовкой кандидатов. Бороться с такими террористами бесполезно – пока он не устроил «аллах акбар», он неотличим от обычного населения, а когда взорвался – уже поздно. Сами кураторы являются профессиональными террористами, которые используют смертников просто как оружие, расходный материал, соответственно, бороться с кураторами можно и нужно с учетом сказанного в предыдущем абзаце – лишать их источников финансирования, идеологического оружия и социальной базы для вербовки кандидатов.

     Шантажисты, которые, скажем, обещают казнить заложников или взорвать что-нибудь, если им не заплатить выкуп. Это никакие не террористы, это трусливые торгаши, которые хотят жить, да и на крайние меры идти боятся. С этими нужно договариваться, потом отлавливать и демонстративно наказывать. Как вариант, есть просто придурки, которые по пьяни или от глупости размахивают муляжом бомбы, требуя всякой ерунды, например, чтобы «эта мегера дала десятку на опохмел». Придурков надо лечить.

     Поджигатели, которые, скажем, сжигают дом соседу в результате конфликта. Это вообще не террористы, а банальные уголовники. Цель терроризма - воздействие на общественное мнение, а тут действие направлено против одного конкретного человека (максимум - семьи) и никак не метит в общественное мнение, которые обычно остаётся безучастным - "значит, было за что". Самосуд происходит только при бездействии властей и отсутствия правосудия. Как вариант, поджог является вариантом сноса здания, которое иначе снести нельзя (памятник архитектуры, наличие невыселенных жильцов и т.д.), а землю под застройку заграбастать хочется. Опять же первопричина – бездействие властей и отсутствие правосудия.

     Повстанцы, которых тоже причисляют к террористам, идут на этот шаг от отчаяния. Это единственный им доступный способ активно выразить своё несогласие с существующим положением. На крайние меры они идут оттого, что власти не идут с ними на диалог – власти просто не могут или не желают их услышать. Баранья упёртость "государство не ведёт переговоров с террористами" нисколько не помогает решить эту проблему, а только усугубляет ёё, а военные операции, при которых неизбежно страдает мирное население, только увеличивают недовольство населения. Понятно, если договариваться, то придётся чем-то делиться, а так не хочется! Принцип "победитель получает всё" подразумевает, что в комплекте к этому «всему» прилагаются обездоленные и недовольные проигравшие, которые так просто не смирятся. Они берут в руки оружие не из-за денег, а из-за отсутствия средств к существованию. Эта проблема решается только мирной и социально направленной политикой, грубо говоря, «делиться надо».